Иной мир – иные нравы - Роман Радченко

– Не переживай, если что-то забыл, просто не полетишь, работать не будет.

Толик осторожно нажал кнопку и едва поднялся над песком. Вроде, держится. То гордое, волшебное чувство, когда впервые собираешь что-то своими руками, и оно работает! Он опустился обратно. Окинул взором окрестности, и тут же возникла идея. Толя направился к особенно высокому дереву на опушке.

Летун остановился у ствола, и чуть помогая себе ремнями, прыгнул вверх почти на высоту роста, схватился за большую ветку. Он мысленно давал ремешкам команду поддерживать себя немного, остальное довершали руки.

Быстро выяснилось, что лазать таким образом – сплошное удовольствие. Толик прыгал по веткам, будто в невесомости, постепенно взбирался так ловко, что обзавидуется любая обезьяна. Руки задают направление, а ремни лишь поддерживают.

Окончательно осмелев, он добрался до самых верхних тонких веток. Они гнулись и ломались под пальцами, но Толя неспеша перехватывался за другие. Без спецоборудования хлипкие прутики не удержали бы вес тела. Кабы не ремни, Толя просто рухнул бы вниз, и наверно, сломал бы не только ребро. Но сейчас, чувствуя вдохновение, он вспрыгнул на самую макушку и приказал ремням держать в полную силу.

Толик завис в метре над самой верхней листвой. Куда ни глянь – с одной стороны зелёное лесное море, и с другой – синее, настоящее. Лёгкий ветерок треплет волосы и комбинезон. Толя опустил голову и разглядел крохотную ванину фигурку на жёлтом фоне пляжа. Помахал свободно висящими ногами. Тело просто болтается в ремнях, а сами ремни держат на честном ванином слове.

От этой мысли перехватило дыхание, стало не по себе. В горле пересохло, он резко опустился, судорожно обхватил руками верхние ветки. Потом очень медленно начал спуск, то и дело бросая вниз опасливые взгляды. Лишь уперевшись ступнями в почву, Толя сумел перевести дух и поспешно отключил ремешки. Руки тряслись и едва слушались.

Наверно, следовало на Земле работать монтажником-высотником или почаще прыгать с парашютом. Тогда бездна под ногами не приводила бы в трепет.

Неверными шагами вернувшись к Ване, он плюхнулся рядом на песок.

– Жутко.

– Да, страшновато. Пока не привыкнешь. Потом тоже страшно, правда.

– Здесь когда-нибудь темнеет? Без солнца даже за временем не уследить.

– Не. Лик говорит, ни к чему. Вроде, он может сделать ночь, но не хочет.

– А ты летал куда-нибудь подальше? Везде так же светло? Если это планета, она должна быть круглая. Значит, где-то ночь.

– Летал очень далеко. Везде одинаково, везде день. Не знаю, как это так…

Толик наблюдал безмятежное колыхание синей поверхности воды. Такие моря на Земле имели невообразимый возраст. Миллионы лет или ещё больше. Здесь же океан лишь казался незыблемым – некая странная личность по имени Реликт могла стереть его одним щелчком пальцев – и вместо него создать, что захочет. Хоть горы, хоть лес, хоть космодром.

Да что говорить, Реликт изменял даже сами тела эмигрантов с Земли. У людей отрастали волосы и зубы, быстро срастались ребра.

– Тебе никогда не хочется поспать? – задумчиво спросил Толик.

– Спать? Зачем? Сонливости ведь нет. Просто потеря времени.

– Ну, отдохнуть, отвлечься.

– Ха! Ты думаешь, я устаю?

Насколько Толя успел заметить, Ваня и вправду не производил впечатления трудоголика. Толя ещё помолчал, предаваясь мыслям. Руки бессознательно перебирали песок – ни единого камешка и ладони даже не пачкаются. Наконец, он вздохнул:

– Эх, хорошо здесь.

– Конечно, хорошо.

– Ну, то есть, здесь хорошо, а ведь надо уходить, – уныло заметил Толик.

– Почему? Оставайся. Куда спешить?

– На Землю. Там ведь жизнь. А здесь – просто красивая сказка.

– А чем тебе здесь не жизнь?

– Ну… несерьезно это. Просто курорт, санаторий. Классно, хорошо, но нельзя же вечно сидеть на берегу моря.

– Почему же нельзя? – пожал плечами Иван.

– Так не годится. Жизнь на Земле. Там люди не теряют времени, делают карьеры, заводят семьи, заботятся о родителях. А тут бессмыслица.

– Ты погоди, скоро и тут закрутится. Где ты ещё такие условия найдёшь?

– В том-то и дело, что это не жизнь, – пояснял Толя, будто слабоумному. – Это как сон. Приятный сон. Но ведь надо просыпаться и заниматься делом. Что-то делать, не сидеть на месте.

Ваня обдумал слова.

– Вот смотри, Толя. Тебе сколько лет?

– Двадцать восемь.

– Вот. Много ты достиг? Семья, карьера?

– Пока нет, но всё будет.

– Почему так думаешь? Почему до сих пор не достиг? Половина жизни позади. Чего ждал?

– Просто не повезло. Ещё есть время.

– Дело не в везении. Посмотри кругом. Тебя окружают люди, которые ничего не добились в жизни. Наклепать детишек – не достижение. Прогуляться в ЗАГС – то же самое. Квартиры многие ли покупают? Дали в своё время, приватизировали и живут, гордятся. Того, о чём ты говоришь, почти никто не достигает.

А чтобы добиться успеха, настоящего успеха, ты должен быть очень ушлым и шустрым. Целовать задницы начальству и вытирать ноги о тех, кто ниже. И даже этого недостаточно. Поверь, я изучил эту тему хорошо.

– Ну, если так говорить, – усмехнулся Толя, – то вообще ничего не достигнешь.

– Ты говоришь заученными популярными фразами. За этими красивым словечками стоят те же обычные вещи – чтобы достигать успеха, надо кидать тех, кто слабее, не глядя, бить в спину, идти по головам. Иначе забудь об успехе.

– Но есть же выдающиеся предприниматели, я читал книги…

– Что ты читал?.. Знаю я эту литературу, задача таких книг – промыть тебе мозги, чтобы ты крутил и крутил колесо системы. Бежал за миражами всю жизнь. Системе нужны хорошие шестеренки.

– Я с тобой не согласен. Извини, Ваня, но я вижу, что ты просто лентяй.

– Не за что извиняться – я знаю, что я лентяй. Только считаю это достоинством. Я не позволяю втягивать себя в систему.

– Ну вот сейчас Лик втянул тебя во что-то. Да и меня втянул.

– Против такой системы я не имею ничего против. Да и посмотрим ещё, во что она выльется. Мы пока в самом начале.

Толик посидел, размышляя. В конце концов, думал он, безработному спешить некуда. Конечно, надо искать новую, получше, посолиднее. Чуть позже. Повременить пару дней он может? А здесь пока здоровье поправить. Вылечатся зубы, вырастут мышцы. Вообще, организм заработает лучше, очистится. Тогда можно будет планировать дальнейшую жизнь и карьеру.

– Кажется, надо ещё полетать, – решил он, вставая.

Следующие несколько часов пробежали незаметно. Толик парил на небольшой высоте над водой и сушей, гулял по прибрежной зоне, общался с Ваней на пустяковые темы.

Когда в очередной раз справился о времени, получил ответ:

– Полдевятого.

– Ого, уже пора. Дома могут потерять.

– Кто?

– Родители же.

– Оставил бы ты их в покое. Не мешай старикам жить.

– Я бы с радостью, но пока не получается. Надо и мне жить где-то.

– Так и живи здесь!

– Ну, это несерьёзно.

– Почему?

– Потому что надо жить дома. – Толик ощутил, будто общается с ребенком.

– Ну почему же?!

– Как тебе непонятно! Я же не бомж.

– Дались тебе эти ярлыки.

– Ничего себе ярлык – быть бомжом! Спасибо, откажусь.

– Ну как хочешь, – отмахнулся Ваня. – Твоя жизнь.

Толик вернулся в холодный мир Земли. Ноги успели отвыкнуть от обуви. Кутаясь и вдыхая городской смог, Толя, как и в любой другой день, вернулся домой. Наскоро поужинав, – несмотря на активный день, аппетита совсем не ощущалось, – отправился к себе в комнату «спать». То есть, закрылся на задвижку и выключил свет. После чего, конечно, вернулся на Берег.

Тёплый свет будто здоровался с ним, а ступни привычно ощутили мягкий песок. Толик вернулся к активному безделью. Он проводил с Ваней минут двадцать, потом летал около часа. Уставая от впечатлений, снова возвращался к соседу, задавал новые вопросы – и опять улетал или уходил гулять.

Они много рассказывали друг другу о своих жизнях на Земле. Выяснилось, что Ваня и там был таким же лоботрясом. Толком не учился и даже не пытался делать карьеру – зато много читал. Противоположный пол обходил его стороной ещё тщательнее, чем Толика. Последнее время у Вани совсем не клеилось с жильём, заработком и здоровьем. Именно в этот момент, около месяца назад перед ним появился Реликт. Ну, а дальше по обычной схеме.

Наконец, Ваня прервал разговор, встал с лежака и потянулся:

– Ну что, пора двигать.

– Куда?

– Ты забыл? Лик с Костей будут ждать на Площадке в три. Надо проявить уважение. Да и вообще, полно вопросов накопилось. Сам-то решил, что спрашивать?

У Толи скопился миллион вопросов, но ни один из них он не решился бы озвучить. Однако, в любом случае, игнорировать событие нельзя.

– А сколько уже?

– Полтретьего. Вот, как раз попросишь у Лика часы, а то достал уже.